Я переболел свиным гриппом и выздоровел, и во время этого еще успел скататься в Санкт-Петербург Некий Закутня написал это в 20:59

А еще побывал на пенной вечеринке в г. Дзержинском и познакомился с одной замечательной грузинкой, но это случилось гораздо раньше. Обо всём по порядку.

Последнее, что я помню перед тем, как заболел, это безысходная картина каменных листьев, вросших в лёд асфальта. Они даже цвета были не того, какого полагается быть осенним листьям. Колючие острые чёрные фигуры, торчащие из земли шипами кверху, ровные, словно вырезанные из полотна какого-то твёрдого сплава. Вчера только не было этих пронзающих одним только видом шипованных статуэток, а тут - раннее утро и вот, пожалуйста. И я не сопротивлялся мысли, на которую они меня натолкнули: "Зима определенно началась. Теперь мне пиздец." А пройдя чуть дальше, начал думать, почему так категорично и бесповоротно, я ведь люблю зиму, я всегда любил, правда, не помню последней, но она и протекала как-то неопределенно. Во всяком случае, не так четко заявляя о себе, как заступающая в караул.

Вообще, вместо того, чтобы ходить ранним утром по морозу, будучи еще в состоянии курить, я должен был спать. Но вышло так, что мой сосед болел, у него была высокая температура несколько дней подряд, а вечером предыдущего дня меня так сморило, что я улёгся спать аж в 20 часов и спал до 7 с перерывом на чай с хлебом и вареньем. А в 7 часов этот самый сосед полуразбудил меня и попросил сходить за колдрэксом, потому что он закончился. Вот, собственно, так.

Я вернулся, мы вызвали скорую, приехал врач, поставил соседу укол и уехал. А я как раз в этот момент закончил мыть посуду. Потом расставил все на места, лег и тоже заболел. Это было раннее утро среды. Я проснулся днём, температура у меня была 38 с половинкой, и я не придумал ничего лучше, чем пойти покурить. Кашель, который до этого, видимо, спал вместе со мной, незамедлительно дал о себе знать, и я о своей задумке тут же очень крепко пожалел.

А это всё тесно переплеталось с тем, что мне в пятницу нужно было сдавать аннотацию к курсовой, и всё бы ничего, да только чтобы сдать аннотацию к курсовой, нужно сначала выбрать руководителя, потом взять тему и уж только после этого писать аннотацию. Как и обычно, ничего из этого я не сделал, зато к моменту, когда я томился в бреду тридцати девяти, подогреваемом шерстяным одеялом, футболкой и носками, я придумал, как нужно с курсовой поступить. На ум пришла довольно пристойная книжка о Гоголе, и это с учетом того, что одна из самых простых курсовых - по литературе. Оставалось только написать письмо с просьбой стать научруком и темой, и за 1,5 дня написать аннотацию. Однако, как я ни старался, темы не выходило. Ни во вторник, когда я, засыпая, мог еще мыслить ясно, ни в среду днём, когда мне в одеяльной печи под бесконечное число раз повторяющийся на -16db Liebe ist fuer alle da чудились самые разнообразные архитектурные изыски непостижимых цветов. К вечеру только, получив в лоб тысячный по счету вопрос "ну как?", стоило только мне показаться соседу неспящим, мне удалось, перелопачивая наспех отсканированные матерью первые страницы книги, связать в предложение несколько слов по теме. Еще чуть позже я решился-таки и нажал кнопку "отправить" под формой, в строке получателя которой значилось "Ершова Вера".

Не помню, что происходило в четверг, хотя нет, как это! В четверг с утра заболел Вова. Он начал подкашливать еще во вторник вечером, а в среду с утра он уже хорошо кашлял и у него была температура, достойная больного. А еще в то утро продолжались очень болезненные попытки вызова врача на дом. Справедливости (к себе любимому) ради, в дань, так сказать, стоическому перенесению мной тогда ситуаций, могущих в любую секунду стать скандальной нервотрепкой, скажу, что врач этот мне просто нахуй не сдался. Нет, не просто не сдался, а вообще был до пизды. Но вот Илье нужна была справка, а потому он, названивая в районную поликлинику с половины восьмого, уподобил баланс моего и Вовиного телефонов своему, т.е. отрицательному. Зато врач пришёл. Только справки он всё равно нормальной не выдал, Илюхе пришлось сегодня ходить что-то там еще проставлять в той же поликлинике. "И вот стоило так жопу рвать из-за рубля."

А меня в это время дома уже не было. Потому что это был четверг, а в четверг я договорился в 12 встретиться с Ани и съездить к гопу в универ. Я довольно тепло оделся, прихватил с собой сальбутамол, который использовал по назначению ровно после того, как мать уже сказала мне по телефону "и никаких "блять", нужно тепло одеваться!", что было вызвано тем, что мне было тяжеловато дышать, и я отвечал ей крайне просто и односложно, не больше 3 слов во фразу. А потом я всё-таки раздразился и выдал: "Блять!" Дерьмовый пока из меня, всё-таки, ребёнок. Многие из моих провокаций невпопад адресуются человеку, который их мало того, что не понимает и не воспринимает, как нужно, так еще и сильно страдает из-за этого. Это несмотря даже на то, что я уже полностью вышел из возраста, когда можно успокоить себя мнимым правом так поступать с близкими людьми, родителями в этом случае, как бы в отместку за их "грехи" перед тобой. Тут у меня, несомненно, нет никаких оправданий. Просто дерьмо, свойственное мне и моему дряному поколению, лезет, а я слишком бесхребетен, чтобы его обуздать. Единственное, я работаю над этим.

Всю дорогу до кольца я сидел: преступно непозволительная роскошь в это время дня; я оправдывал себя тем, что стоять мне было тяжело. Потом добрался до Таганской, как и полагалось, и встал на том месте, где 6 дней назад мы с Ани последний раз виделись. Народу было множество, и он тёк передо мной и справа, и слева, громко орали уши и техничка, управляющая большим агрегатом для создания маленьких чистых полосок на полу станции, разгоняя народ со своего пути. Я это приметил и приготовился отойти, когда очередь дойдет до меня. А потом вернулся на место. В этот момент подошла какая-то некрасивая женщина, неприятная лично мне еще и тем, что на ней были очки с коричневыми линзами, которые я просто терпеть не могу в любом контексте и проявлении. Но очки это ерунда, и я бы не стал так предвзято к ней относиться только потому что ее облик очень сильно не дотягивал до самых нижних планок моего представления о женской красоте. Просто она, подойдя близко ко мне и почти вплотную к орнаменту (или как там это называется) на стене, протянула руку и, вытащив какой-то фантик из завихрений скульптуры, брезгливо швырнула его на свежевычещенную мокрую полосочку пола и точно так же брезгливо посмотрела на меня. А я сделал вид, что мне плевать, потому что мне было почти плевать. Состояние, в котором я пребывал, не позволило бы мне испытывать каких-то более сильных и сложных эмоций. Потом она перешла к следующей колонне, и так со всеми. Пока колонны не кончились. А когда они кончились, женщина ушла. Зато через несколько минут совершенно неожиданно прямо передо мной выскочила Ани, несмотря на то, что я глазел во все стороны что было сил. Мои тут же спущенные на шею наушники в очередной раз безуклонительно выполнили свою задачу: я обнял Ани, а они уперлись ей прямо в лицо.

Дальше можно не читать (прим. автора)

Покатились во ВГИК. По пути она мне рассказывала в мельчайших подробностях самые последние новости, громко смеясь, размахивая руками и слишком часто ругаясь. В таком состоянии я ее еще не видел, с учетом даже нашего плотного общения всей той недели. Она всё говорила и говорила, рассказывала о том и о сем, пока не наступил Ботсад. Мы вышли, и она, с удовольствием закурив, потерялась. Хотя ровно шесть дней назад мы с ней следовали точно тем же путем.

Попасть во чрево ВГИКа для меня перестало быть проблемой с тех самых пор, как выяснилось, что охранники там довольно демократичные мужики. Катят любые способы, начиная с фразы "я в оргкомитет" (не понятно, правда, зачем мне туда и зачем туда впринципе нужно человеку с улицы) и проникновения через "парадный вход А" (окно рядом с главным входом, которое Маск мне любезно отворял изнутри). Также я несколько раз был моделью, натурщиком и кем-то еще. А на этот раз мы активно спекулировали фактом начала 29го международного кинофестиваля. Каждый раз, как я туда прибывал на той неделе, начиная со вторника, который там целиком и провел, пообедав, и тусуясь в международном отделе, валяя дурака и мешая работать окружающим хорошим и не очень людям, делая перерывы на сходить покурить, на пункте охраны стояла одна из девушек - сотрудниц этого отдела, которая кивала мне или пожимала руку. Мне же оставалось только с деловым видом ответить и сухо поздороваться с охранниками.

В этот раз нас "сопровождала" Варя, которая была совершенно не в духе еще с пресловутого вторника, потому что ее руководство (не сильно старше ее парень какой-то) много незаслуженно пиздел на нее. С каменным лицом она провела нас через турникет и тут же испарилась. Я получил от Маска 5к на билет, Маск получил от меня бокс для винта, пару безосновательных укоризненных фраз, а от Ани - кассеты, которые нужно было оцифровать, после чего отправился на свои пары, а мы, в свою очередь, разумеется, отправились в столовую. Где провели 4 часа. Мои знакомые, которые числятся в различных списках студентов ВГИКа, перестали удивляться, видя меня трепезничающего за одним из столиков. И вообще странно, что удивлялись до этого, будучи знакомыми с Маском, который вещи подобного сорта выделывал с завидной регулярностью.

Мы с Ани сидели и очень сильно не спешили. Сначала мы не спешили есть (а я ел в квадрате долго, как и полагается больному человеку), потом долго пили чай, потом просто сидели и разговаривали. Всего это продолжалось около четырёх часов, в течение которых я успел перевстретить всех своих ВГИКовских знакомых, кому-то помахать, с кем-то обняться, с Соней же, такой же тяжелобольной бронхами, с предупреждением - поцелуй. А ей всё по боку) Славная девка) Несколько раз с пар прибегал Маск, один раз поел свою сраную гречку с мариноваными огурцами, потом снова смылся, потом снова пришел, в общем, мотался, толку от него было чуть)

Ближе к половине 6го мы вышли и двинули к метро. Что мне нравилось в том, как я болел в этот раз, так это что болезнь протекала без насморка. Два дня до того, как я не поперся с Ани во ВГИК. Ближе к концу наших посиделок меня начало снова ломать, глаза снова стали болезненно поворачиваться, а по пути к Ботсаду моя непокрытая башка промокла, и в метро у меня начался обязательный насморк. Благо, платочек был с собой.

В пятницу я проснулся, и у меня было 38 с половинкой. Опять начались игры в мою мать, повеления что мне выпить и сделать, но я от них корректно, но жестко избавился. Притом, через полчаса после того, как я выбрался из кровати, температура спала до 37 и 4, потом я вымылся, поел, и мне обратно стало чуть похуже, но вряд ли это как-то могло меня остановить от вечернего предприятия. Я совершенно не помню, чем я занимался весь день, кроме того, что спал и паял наушники. У меня был миниплан что и во сколько сделать, я пытался ему следовать, но получилось как всегда не очень.

Где-то в начале дня я лег спать, проснулся в 16 и начал перепаивать провод у наушников, который вылез голый из тела правого уха. Пока я резал и чистил провода, штрихом делая разметки что и где будет, паяльник нагревался. А потом я хотел переключить песню, потянувшись через него к компу. В итоге теперь у меня, как и у Маска, на левой руке с тыльной стороны грандиозный ожег. Он, кстати, не болел, не гноился, и сейчас, по прошествии недели, на нем только короста, которая мерно и незаметно обдирается рукавом свитера.

Я всё спаял, пожрал, вымыл себя, принял 100 на дорогу и двинул на вокзал, куда я очень сильно рано прибыл бы, поэтому я сделал круг по кольцу, учитывая слова жены о том, что у нее нет никаких денег, кроме тех, что я отдам ей за билет, решил купить ей еще 2 поездки на метро, потому что по возвращении 2го числа утром, ей сильно накладно было бы заряжать проездной. В общем, как бы там ни было, мы встретились с ней ровно в назначенное время. Она была в маске как последняя дура, которую, правда, тут же сняла и впредь больше не одевала, хотя промыла мне все мозги, что я болею, и что со мной надо быть осторожным.

Мы сели в поезд и сколько хватило сил (на 2 часа) трепались о том и о сем, в основном об учебе, о том, как мы не учимся, по каким таким разным причинам мы этого не делаем и все прочее.

31 - Не поздравляю всех с непонятным и совсем не нашим праздником. Мы с женой сейчас едем в поезде в Питер в основном к Битману и Ане, но, по хорошему, следовало бы еще втретиться с Петей. Я подумаю над этим, учитывая, что мы будем, вернее, пока мы с женой только планируем быть у Ани, родители которой, к сожалению и полусчастью, оставили квартиру и уехали в Снежинск.

Со вторника по вечер четверга, нет, даже по утро пятницы, у меня держалось 39,5 - 38,7 - 38 соответственно; теперь остался отек носовых пазух и остатки отека легких, продолжает жутко болеть голова, не забывая про верхние шестерки.

Спать в поезде в таком состоянии было достаточно некомфортно несмотря на свитер и футболку, зимние джинсы, любезно подаренные мне Битманом, и закутанные в улино пальто ноги (ох, она об этом еще не знает). В бреду я провел около 2х часов, столько же во сне. Теперь я снова могу курить, хотя и осторожно, но без последствий, с учетом того, что и обыкновенное холостое глубокое дыхание рефлектирует сухой тупой бесконечный кашель.

Едем в вагоне, три купе которого занимают какие-то школьники, видимо, на экскурсии или типа того, в среднем, лет 13, большинство из них девки, которые к половине четвертого, когда свет в вагоне был выключен полностью и все пассажиры горизонтально устроились на своих местах, ржали, носились и пытались активно ругаться матом. Утром какие-то из них были одернуты соседями по купе, но, на удивление, вовсе не за то, как они вели себя ночью, а "что за можа спать вдвоем на полке?"

Еще вчера я заметил, что вся эта ситуация напоминает мою собственную поездку с классом. Эти дети оказались на удивление не бесячими, даже когда бегали взад-вперед мимо моей нижней боковой полки. Умильное зрелище, нормальные дети. Они даже пить не пили) В отличие от меня и моих попутчиков, когда мы были им ровесниками.

Стоял курил в тамбуре, в полной форме одежды, было сильно холодно, и я торопился, чтобы скорей избавиться от "этих ебаных сучих говн"), т.е. чтоб не так холодно было. Едем в фирменном вагоне, как когда мы с Маском летом ехали домой. Сортир роскошный. Можно, впринципе, ехать и там, если еще одеяло с собой захватить)

Латунь) Некий Закутня написал это в 23:50

Забава из забав. Кто в курсе, тот поймёт)

Нельзя без содрогания смотреть на детей, осужденных изучать латинский язык. С губ их давно уже исчезло всякое подобие улыбки, щеки побледнели, в глазах потухли веселые искры, глубокие морщины избороздили их лбы. Даже во сне они шепчут: fallo, fefelli, falsum; tango, tetigi, tactum.
Такие дети — настоящая напасть в родительском доме, ибо они зубрят латынь вслух изо дня в день, из ночи в ночь, из месяца в месяц. Волей-неволей все в доме переходят на
латынь. Отец вдруг перестает употреблять испытанные веками прекрасные национальные ругательства и начинает ругаться по-латыни не только дома, но и в кафане, особенно когда ему не везет в карты. Мать, штопая чулки, напевает послания Овидия на мотив сербских народных песен, а служанка стирает белье в ритме классического гекзаметра и, нарезая лук, выводит нежные арии из «Пирама и Фисбы».
А какое волнение охватывает всех домашних накануне экзамена! Родители не спят ни днем, ни ночью, пряча ружья, кухонные ножи, соду, известь и другие смертоносные средства. Кому хочется, чтобы из-за проклятой латыни от родного дитяти осталась только посмертная записка: «Дорогие родители, я любил жизнь, но латинский язык вогнал меня в гроб. Бог уничтожил древних римлян и не мог простить им, что они выдумали такой язык. Прощай, мама, и береги моих братьев и сестер от латинского языка!»
Размышляя на эту тему, я всегда задаю себе один и тот же вопрос, почему бы «Обществу защиты беспризорных детей» не взять под свою защиту и детей, осужденных сдавать экзамен по латинскому языку. Общество могло бы, например, издавать красочные плакаты наподобие тех, которые призывают бороться с пьянством. На них можно было бы нарисовать сгорбленного молодого человека с испитым лицом и угасшими глазами; пусть бы одной рукой он схватил себя за волосы, а в другой держал пистолет. Под таким рисунком можно было бы крупными, бросающимися в глаза буквами написать: «Не учи латынь!» Плакаты можно было бы расклеить в самых людных местах: на вокзалах, в ресторанах, на базарных площадях, в вестибюлях и фойе общественных учреждений и вообще везде, где они, привлекая всеобщее внимание, могли бы заставить людей остерегаться этой смертельной опасности.

Бранислав Нушич, "Автобиография"

"М-П" Некий Закутня написал это в 04:16

"Рая, ты лишила меня литературно-критической девственности, - так я сказал ей, когда мы шли от университета к Маяковской. - Никогда ещё и ни с кем я в таком ключе не говорил о литературе".

От самого того момента, как Рая подошла ко мне со своим вопросом, которым, действительно, лишила меня вышеуказанной девственности, в продолжение процесса, который следовал за этим, и до сего момента, из меня било и бьёт фонтаном. Нет! Даже с еще более раннего времени. За 6 с лишним часов до этого, когда я решил от нечего делать почитать на литературе. Я сидел, не отрываясь, хотя тогда меня еще не так затянуло. А вот когда пара закончилась, и наступило окно, и я сел в коридоре, а затем, уже весь выпачканный этой поэмой, переместился на улицу, где, покурив, принялся записывать первую мысль, которую удалось ухватить, прервавшись на то, чтобы проводить слепую девушку до холла главного корпуса.

"Лёша, что ты думаешь о "М-П"? Я вот тебя хотела спросить". Почему именно меня? Из-за того, что там частично описаны мои похождения? Ответ на вопрос мне так и не был дан. А мысли мои начали кипеть, набухать и множится с неимоверной быстротой, так, что фраза "я крепко начал об этом думать и уже кое-что записал. Если захочешь, я потом тебе дам ссылку, где почитать" не смогла противостоять потоку, который начал изливаться из меня несколькими минутами позже, словно штрафы за безбилетный проезд из чрева ревизора Семеныча. Действительно еще ни разу не было в моей жизни такого, чтобы я с кем-то так горячо обсуждал литературное произведение. С самим собой наедине - да. Максимум с одноклассниками перебросился парой предложений, в которых, я почти уверен, неизменно фигурировали различные формы всеобъемлющих слов "пиздато" и "хуёво".

Теперь же, беседуя с Раей, я тщательно подбирал наиболее подходящие слова, стараясь выразиться точнее, избегал навязанных школьными сочинениями клише и постоянно выразительно жестикулировал. Мы слушали друг друга с великим довольствием, что у меня лично бывает редко. Больше того, мы во многом сходились, и часто повторяли "Вот! Вот!", "Да! Да!". Хотя, оценивали мы произведение с разных точек зрения. Рая с женской и больше художественной, я же с точки зрения несколько схожего жизненного опыта. Я несся, просто летел с горы, и ноги мои едва касались земли.

Чтобы быть откровенным до конца, я должен сначала написать вот что: если бы я шел по улице и случайно услышал отрывки разговора, который случился между нами с Раей, я бы отнесся к нему презрительно. Так же было бы, если б в метро я случайно увидел у кого-нибудь любую из страниц текста сего произведения. В последнем случае, прочитав, возможно, дальше, я бы резко поменял свое отношение, может даже признал бы в читаемом те самые "М-П", и оценил бы их уже с позиции более-менее объективной, в формировании которой не играли бы роли, например, матерные слова, которые, в конечном счете, не имели бы никакого аргументативного веса, из-за которых, однако, по началу я и мог бы по-другому отнестись к тексту. А вот в первом случае всё несколько сложней. Всегда не любил разговоры на литературные темы. Вернее, нет. Не любил слишком научно обоснованные разговоры на тему того или иного произведения. Всегда не нравился тон, которым ведется повествование \ диалог или тому подобное, который рискует найти в тексте такие мысли, которых автор туда вкладывать и не думал. Строгой определенной схемой, по которой строится рассуждение, разные умные (или на первый взгляд таковые) деятели анализа слова, сами того не желая, вынуждены прибавлять какие-то элементы, не принадлежащие тексту. Ну, это грубо, конечно. Если разобраться, грамотные в этой области люди в большинстве случаев примерно по достоинству оценивают объект исследования.

Так вот, чтобы избежать всякого рода непониманий, я хочу сказать, что это выражение моего личного мнения, без каких либо претензий на объективный анализ. Я так воспринял этот текст. Это мое личное мнение, не претендующее на правильность. Просто вот так я отношусь к этой поэме.

Мир Ерофеева, в который погружаешься при чтении "М-П", - это не мир, например, Толстого; он довольно резко отличается тем, что в меньшей степени явно связан с окружающим реальным миром. Толстой переносит читателя внутрь ситуации, в само место действия. У читающего "М-П" вокруг образуется не ситуация и рисуется не место действия, он погружается в мысль, которая, затем, выходит за пределы слов, покидает бумагу, и можно краем глаза увидеть, как она заполняет все предоставленное пространство. Совсем не так отчетливо представляются подъезд и вагон электрички, зато Веничкины мысли можно понять совершенно без труда, легко и очень просто, настолько они пригодны для восприятия. Язык тут тоже не помеха, написано грамотно и просто.

Сфера, наполненная мыслями Венички, или уж не знаю, Ерофеева, если это одно лицо, его мир, хранящийся в бумаге между различной плотности корочками обложки, - богатый и разнообразный. Самодостаточное, вполне законченное автономное творение. Все суждения героя безоговорочно верны в этом отнюдь не пространном (как может с малой долей вероятности показаться) мире, последовательности четко выстраиваются по законам привычной логики. Это мир, который не принимает никакой другой из бесчисленного множества прочих существующих; не признает их не потому что не хочет, - он не может, он просто не в состоянии, он лишен такой функции - видеть, ощущать другие миры. Нет ни одной предпосылки, ни одного намека для причины, чтобы внутри этого состоявшегося мира появилось хотя бы ничтожнейшее упоминание о каком-то другом.

Веничка точно такой же самодостаточный и автономный. В своем мире он свободен абсолютно, свободен ото всего: от всякого рода ценностей, свободен от искажения собственных мыслей принятием во внимание мнения читателей и в некотором роде мнения героев. Тут я хочу выделить две "свободы": свободу веничкиных суждений на бытовые темы, то есть, суждений о том, что непосредственно связано с реальной жизнью, с тем, что его окружает; и свободу суждений на глобальный, абстрактные и философские темы. Вторую свободу я нахожу менее интересной. Веничка незаурядно эрудирован, превосходно разбирается во многих вещах, в том числе в культуре, но это неоспоримое достоинство Ерофеева пусть оценивает кто-нибудь другой. А меня куда больше занимает первая свобода. О ней я и скажу пару слов.

Эта свобода суждения на бытовые темы, мне кажется, обусловлена тем, что Веничка по какой-то причине не обременен мыслью о том, что нужно учитывать всё множество свойств и функций объекта суждений, всю его широту и глубину. Вместо этого он просто выбирает себе нужный кусочек этого самого объекта, насколько хватает угла зрения, и рассуждает о нем. Например, говорит, мол, границы нужны для того, чтобы не путать нации. Где русский язык, а где нерусские. Но при этом, если уж он взялся за что-то, то не упускает в этом ни единой мелочи, и с присущей ему точностью характеризует этот объект. А точность, мне кажется, обусловлена его высокой чувствительностью. Он не просто исследует предмет, он его чувствует. Когда, например, он говорит о своём народе, там хорошо это видно.

Нет, текст не просто вызвал у меня эмоции, было бы несправедливо использовать это словосочетание для описания тех чувств и мыслей, которые возникли у меня при прочтении. Чтобы облегчить задачу и себе, и читающему, скажу скромно (в сравнении с тем, как следовало бы на самом деле сказать): буду изъясняться по принципу "понравилось\не понравилось". Так, несомненно, будет куда проще.

Первая мысль, которая возникла у меня, когда я только-только сел за книгу, - несомненно, одно из главных достоинств всей поэмы в том, что Ерофеев смог так четко и связно запечатлеть все, что пережил в состоянии измененного сознания. Я прекрасно знаю, насколько это тяжело в любом плане, какой ни возьми. Приходится сталкиваться с множеством трудностей: во-первых, в таком состоянии всегда возникает множество мыслей, количество которых до определенного момента растёт в геометрической прогрессии, и очень трудно, нет, даже почти невозможно оценить, стоят ли они записи вообще. Допустим, стоят, худо-бедно разобрались. Дальше возникает еще большая трудность: записать или как-то их закрепить. Скажем, мыслей набралось на абзац в три недлинных предложения. Только обращаешься к началу, даже не обрабатывая, просто, допустим, кидаешь на бумагу, как всё - от следующего куска не остается ровным счетом ничего. Ну, может, еще и на второе предложение хватит. Да даже если их просто вслух произносить. То же самое получится, еще и несвязно. Но если поддано крепко, то дальше вряд ли получится продвинуться. И даже если пренебречь невыполнимостью и этой задачи, то встает чисто технический вопрос, а вот уж против физики не попрешь никак: если что-то и ложится на бумагу, то это различимо едва ли. Получается примерно то же самое, если, поддавши слегка, писать чужой левой рукой, держа её за локоть. Сомневаюсь, что Ерофеев кому-то надиктовывал текст. Думаю, в силу пребывания в таком состоянии регулярно, приобрел некий навык в плане механического запечатления. И уж совсем не могу себе представить, как ему удавались этапы, предшествующие этому. Отсюда, кажется, следует вывод, что раз несмотря на всё это он всё-таки писал, значит, его действительно распирало так сильно, раз так свободно выливалось на бумагу. Это несомненное достоинство, в этом плане я, понимая все трудности, с которыми сталкивается автор, даю высшую оценку) Хотя назвать это талантом всё-таки не решаюсь, чуть ниже скажу, почему.

Текст живой и яркий. Творческая сторона сильная и крепкая, как греческий титан. Который никогда не употреблял спиртного с теми целями, в которых это делает Веничка, и в тех количествах. Начиная от языка повествования, доступного и простого, и заканчивая элементами содержания, вроде приготовления коктейлей. Нельзя не заметить множество явных преувеличений, например, помешивание коктейля именно жимолостью, ничем другим, которые, впрочем, некоторые люди вполне могут понять, и вообще не увидеть здесь никаких преувеличений. Несомненно, встречаются блестящие выражения и обороты, но на них я останавливаться не буду, они и так говорят сами за себя. Про художественные приемы тоже не буду говорить, не думаю, что я уделил им особое внимание. Вообще в тексте много абсурдных моментов. Но об этом мне нечего сказать.

Есть сказать вот о чем. Веничка - конченый хрон. Интеллигент в самом полном негативном смысле этого слова. Не знаю, был ли Ерофеев таким же алкоголиком, но мысли его касательно образа жизни в целом мне в большей степени не нравятся. Я имею в виду то, что его герой просто опускает руки. Он осознает, что всё плохо, больше того, думаю, он даже осознает почему, и не находит ничего лучше, чем от этого пить. Если брать шире - предаваться отчаянью, совершенно никак ему не противодействуя. Беспросветная депрессия длинною в добрую половину жизни. Реальный мир вокруг себя он воспринимает все в меньшей степени, переходя в какой-то иллюзорный (может, это временное, переходящее в безвременное, помутнение сознания, белка). Я не имею ввиду его глюки, я говорю о том, что, например, оценивая состояние разных людей в течение дня, утром, днем и вечером, как бы хорошо или плохо не было человеку, для Веничики он либо гадок, либо мерзавец, либо конченый подонок и мудозвон. Реальность, которую он находит вокруг себя, с каждой страницей все более меркнет и обесцвечивается, в то время как то, что рождается в его голове, все эти ангелы, глас господень, его воображаемые собутыльники - всё это наоборот, продолжает оцениваться более-менее бодро, цветёт и пахнет. Так, в этом направлении мои мысли начинают исчерпываться.

Да, вот еще что. Мне странно и непонятно, почему Веничка, понимая, что от алкоголя намного больше вреда, чем прока, продолжает им себя пичкать, явно сверх любой самой завышенной "нормы". Я понимаю, что он хрон, что у него запои, но он пьёт явно далеко за пределами этих рамок. Но ему совершенно явно плохо, и он не может не этого замечать, и видно, что он замечает. Он блюет, его постоянно крутит, содержимое кишков и желудка свободно путешествует куда и когда заблагорассудится. Из личного опыта я знаю, каково это. Я, конечно, не такой алкосупермэн, как Веничка, но кое-что я всё-таки тоже проделывал. Так вот, я полностью в курсе, что испытываешь после литра с вечера, переходящего в ночь, с разных сторон подкрепленного прочими разномастными в градусном плане напитками. И что испытываешь после такой ночи, когда наутро завтрак не ешь, а пьешь, причем, по крепости он не уступает ужину. И что бывает, когда эту картину маслом дополняешь днём, до наступления которого, продолжаешь игнорировать градус и количество. И когда такое продолжается не один и не два дня. Веничка же придумывает всяческие финты, проделывает разные фокусы, типа принятия шестой за десятую, ест бутерброд после определенной, и как последний осёл полностью уверен, что если улеглось, то уже не поднимется. Мне вообще интересно, уже вне произведения, но отчасти из-за него: как можно СТОЛЬКО пить? Я не претендую на роль благочестивого трезвенника и никогда им не был, и сам не раз слышал, что явно перебарщиваю с употреблением спиртного (спросите любого моего хорошего знакомого), никогда не зарекался, что "больше никогда не буду пить" из-за того, что скверно себя чувствовал; было время, когда я не упускал ни единой возможности хорошенько набраться, пил явно лишние, никогда не отказывался, услышав что-нибудь наподобие "ну, что? по чуть-чуть?", даже когда знал, что по чуть-чуть не будет, а будет по многу, пил с утра, пил с вечера, пил днём, пил утром, днём и вечером, два дня, три дня, семь дней подряд, НО в конце - концов наступал предел. Ближе к концу я начинал всё яснее осознавать, что то, что я делаю - неправильно, что я поступаю неверно, притом, что аморальными поступками я никогда не отличался, потому что вообще не совершал ничего такого, что могло бы быть причисленно к их списку; еще ближе к концу мне становилось все более и более проитвно от себя самого, я нравился себе все меньше и меньше. Что там физическое отвращение, меня воротило от отголосков, крошечных упоминаний о мысли о спиртном.

Стоит тут сделать заметку, что мне не приятен Веничка-хрон. Ну, мне кажется, что это совершенно нормально, если человеку неприятно лицезреть пьяную скотину, но я здесь обязан сделать оговорку на следующее. То, что мне почти в той же мере неприятны подобные люди показывает, что мой спонтанный алкоэксперимент (который нарочно никогда не устраивался, больше того, никогда как эксперимент и не расценивался, и является таковым только с точки зрения мыслей, касающихся "М-П". Пил я всегда по другим поводам, не ради "науки" или "искусства") не с треском, но всё же рухнул. Я не смог дойти до такой крайности, которая необходима для того, чтобы понимать "потемки чужой души". Только, кажется, это замечательно, ибо думается мне, что от той точки не оторваться. По-крайней мере, без потерь. И потому я вполне доволен тем опытом, который приобрел. Но я всё также не понимаю, как можно так пить. Так что с одной стороны, всё это пошло коту под хвост. А с другой - нет. Какой-никакой опыт. И, исходя именно из этого опыта, я и не решаюсь назвать изложение талантливым.

Вот, кажется, и всё. Периодически прерываемый поток мыслей, хлеставший как морская вода в пробитый трюм баркаса, начал иссякать. Сравнение с жидкостью здесь как нельзя лучше подходит, так же хорошо подошел бы и песок, но с ним я не так часто имел дело. Большую часть из того, что я хотел собрать и раскатать по белому электронному полю, удалось изловить, какие-то обрызги прорвались мимо. Основное я сказал. Систематики никакой в моих рассуждениях снова не получилось, зато я получил удовольствие от изложения ТАКИХ мыслей. Это вообще со мной впервые. Спасибо Ерофееву. Спасибо Рае)

..., делать было нечего. Некий Закутня написал это в 11:22

Вт.
Я уже устал писать о том, как у меня дела и состояние, более того, я устал об этом думать. Поэтому, поковырявшись немного и запутавшись, я решил откровенно забить на это дело. Процесс нахождения меня в том или ином состоянии протекает независимо от того, раздумываю я над этим или нет, поэтому я решил оставить это утомительное занятие. А, поскольку моя мыслительная деятельность протекает, конечно, не самостоятельно, но со мной особо лично не консультируясь, а писать мне нужно и хочется, буду описывать. В конце-концов это одна из замечательных разновидностей механической работы, которую мне удаётся совершать более или менее успешно.
Сижу вот сейчас в универе, в историко-филологическом институте, идёт первая пара, к которой я поднялся и приехал, но на которую опоздал, справа по коридору, где-то за углом, дальше ниже по лестнице громко вещает лектор по чему-то вроде информатики, программированию или чего-то в этом роде. Слева через 2 кресла сидят уборщицы и вполголоса беседуют на своём языке. Не уборщическом, конечно, одном из среднеазиатских, судя по их внешности. Вообще, я уселся писать, потому что ничем другим больше не смог заняться. Двинул было в библиотеку взять чего-нибудь почитать на полтора часа, но она с 10, так же, как и "Кентавр", куда я хотел двинуть во-вторых, поглядеть на книжки, по возможности купить чего-нибудь на немецком из художественной литературы, только ничего серьезного. Я пока не потяну. Курить приятно, сам процесс приятен, но больше одной уже не то, и частота отнимает и без того шаткое удовольствие от этого занятия. Я сходил к себе в институт, посмотрел расписание, выпил чаю с лимоном, посидел во дворике, а время не сократилось. По-крайней мере, ощутимо. Мне не скучно, просто с утра я был балован приятной встречей с однокурсницей, которая (встреча, разумеется]) резко оборвалась в момент нашего расхождения по аудиториям, а я к этой резкости готов не был.
Сходил в сортир в ГК, зашел в крайнюю кабинку, а затем, собравши всё в исходное состояние, обернулся на выход и увидел фразу, которую мы с Маском весной не дописали под большой надписью Pantera на двери. И завершил начатое. Теперь там красуется "So you say you want some metal? I'll give you all i've got!" Послание из прошлого. В те дни эта фраза сияла и была как никогда актуальна и наполнена смыслом, я готов был делиться многим, я был открыт и/ да чёрт с ним. Теперь совсем не так, хотя песня от этого хуже не стала) А сейчас во мне, кажется, совсем не осталось метала. По-крайней мере, heavy или power. Недавно был death, от изобилия которого у меня пухла голова и через который исходили мои нереализуемые вопли, а теперь все ок, я спокоен, и нужда в нем отпала. Теперь я просто ровно и спокойно звучу. С сильным оттенком апатии. Кое-кому это может показаться реакцией на происходящее, но я полностью уверен, ято это не так, это началось раньше, чем когда начались текущие события. Я немного (?) утомился и сейчас мне совсем не хочется прикладывать абсолютно никаких усилий к окружающим меня людям, за исключением тех, которые изначально подобает прикладывать человеку. Ну, человеку, который хочет, чтобы его отношение к людям было достойно самих людей. Всё-тки, это славные твари)
Ну вот, опять получилось никакое не описание, снова даже с элементом "про себя", ну ничего. Главное, стукнуло 10, уже даже чуть больше, можно двигать по интересным собачим делам. Щас, перечитаю только.

"- Студенты? - Да, мэтр. Ну, такие тощие, с бледными лицами. Мы ведь Университет, нам без студентов нельзя. Они — часть Университета, как крысы..." Некий Закутня написал это в 19:22

Сегодня недобрые вести сразу из двух универов: Катечка не сдала филологическое обеспечение коммуникаций у меня, и Битко отказали в сотом продлении сессии в его СпбГУ, после того, как он завалил матан и не сдал геометрию. Не знаю, что грозит Катечке, Битко отчислили, он тут же восстановился на платное на то же место.

Случай с Катечкой заставляет меня в который раз подумать о том, как несказанно мне повезло со сдачей мной второй сессии, когда я, скажем, написал ту же филологию совершенно не так, как подобало бы ее написать, и если бы мне не удалось, я вполне мог бы пополнить список тех, кому не посчастливилось ее сдать. Морфология тоже. Не зная абсолютно ничего, я сунулся ее пересдавать, не имея совершенно никаких волнений на тот счет, что будет в случае моей несдачи. В тот же момент я попал в крайне тяжелые условия и едва смог списать по чистой случайности. Вообще, это был первый раз во всей моей жизни, когда я откровенно конкретно списал. Сел в аську, все выспросил у Игоря. Большинство вокруг сидящих просто утонуло. История и теория письма - чуть полегче, но в целом то же. Если принять то, что я должен был выразить на письме за единицу, то я знал ровно половину, т.е. практику, мог различать письменности, причем, довольно хорошо; теории же я абсолютно никакой не знал, едва вывернулся, выспросив все у соседей, а потом еще, несколькими часами позже, сидя с преподавателем тэт-а-тэт, совершенно не в тему, хотя с уверенностью для придания наилучшего эффекта, выдавал все знания, какие у меня только были в этой области, стараясь максимально точно нащупать хоть какой-нибудь момент, к которому я могу сделать какие-нибудь добавки, чтобы не выглядеть полным лохом)

Всё это очень важные уроки, которые, к сожалению, пока меня ничему не учат.

Насыщенный день - самое оно (ноги в гневе!) Некий Закутня написал это в 18:13

Всё началось в 5-30, когда я проснулся. Туалет был уже занят, так что я сначала решил попить. Фильтр оказался пуст, пришлось еще сидеть ждать пока наберется вода. Потом я налил полную кружку, и она на удивление влезла не вся, допил через силу. Сортир за это время так и не освободился, так что мне пришло ссать в раковину в ванной. Потом я проверил в компе что к чему и лёг обратно. Проснулся в 8, снова проверил что к чему, пошёл в ванную, помыл себя, причем, почему-то не тропясь, потом вышел, включил музыку, залип за компом и едва не опоздал. Вышел в 9-11, зашёл в магазин за липтоном, который, кстати, в последнее время зачастил покупать (надо отвыкать), потом в метро. Там меня ждал поезд, люблю когда так.

По дороге на Совок встретил Нусайпат, дошли вместе, я переоделся взял с собой шмотки, отметился, долго пытался договориться с физруками о том, чтобы из серии исключить 1 пеший круг для экономии времени, как это уже было в субботу, но тут не прокатило, видимо, все у физруков зависит от настроения, так что я просто бегал все 4 подряд. Результатом я очень доволен - в прошлый раз без остановок я пробежал 7,5 км, в этот решил поднажать, и всё удалось - 10,5 км без остановок и приступов. Еще после завершения всех серий я решил делать упражнения, как Азанов учил, по 3 сессии + то, как я сам сеюе придумал, т.е. в итоге получилось 4 серии, 2 по 10 и 2 по 15. Но пока не осиливаю только 3. Потом неожиданно Азанов решил устроить те же упражнения, только для всех. Ну, тут я уже с чувством выполненного долга, вернее, выполненной нормы, просто сидел на лавке и смотрел кто что как делает.

После этого всего выяснил сколько у меня баллов, оказалось, нужно еще 5 или 7 дней ходить. Я, Нусайпат и мой новый знакомый с ТиПЛа - Григорий, двинули на остановку. Мы впринципе знали, что бывает какой-то там автобус, идущий до Совка непонятно откуда, я, лично, думал, что от метро. Оказалось, что от самого универа почти, от Новослободской.
Встали на остановке, отыскали нужный троллейбус, который появился меньше, чем через минуту. Вошли в него, Нусайпат достала билет, мы с Гришей пролезли внизу, и случилось то, чего в моем опыте езденья зайцем в троллейбусах и трамваях еще не бывало: водитель высунулся из кабины в салон (троллейбус был старым) и сказал нам, чтобы мы вываливали. Пришлось выйти, снова зайти и по-человечески заплатить за билет. Я студент, я экономлю как могу.

Дошли до универа с Гришей вдвоём, Нусайпат по дороге свернула в Пекарти. Возле 2го корпуса мы распрощались, я встретил пару французов, которые сообщили мне о том, что собираются подложить Гиндину работы по ФОК, которые он у них ранее не принял из-за того, что они не ходили на лекции, но никак не получается, ибо он на кафедре сидит и никуда не выходит. Я им сообщил, что это гиблое дело, потому что он очень хорошо всех запомнил, а даже если и реализуется шанс в полпроцента, что он не узнает работу и нормально ее проверит, принять всё равно не примет, как и половину других. В общем-то, виноват я, как они мне сказали))
Во время этого меня судорожно просила помочь ей Катечка, сдающая немецкий, прислала три предложения, куда я совершенно не смог вставить слова, потом только узнал предлоги, как мог сообщил ей, но она больше не отвечала.

Пошёл в 01, купил там салат из огурцов и помидор с зеленью, овощной суп с фрикадэльками, свиную отбивную с рисом с грибами и хотел еще взять квас, но его не было, пришлось наскоро выбирать что-то из холодильника и этим чем-то стал швэпс.
Сел на свое привычное место, самое крайнее к обители официантов и посудомоек, и принялся за еду. Отлично покушал, с удовольствием, и на этот раз рассчитал все отлично, бывают просто случаи, когда я перебарщиваю, приходится ненадолго прерываться, сидеть смотреть телевизор. Так, например, было в ту пятницу. Только тогда мультики были отвратительные, я такие очень не люблю, примитивно нарисаованные с очень тупым сюжетом и кучей псевдоприколов. А на этот раз было во много раз лучше.

После 01 я отправился на Китай-город. Вчера вечером я решил сделать дела разные, а именно купить книги для тети Оли, которые мать просила купить еще в том семестре, купить книгу деду, он недавно написал и сдать билет. Вообще, нужно было еще отсканировать материалы для практики, но я забыл карточку.
Я шёл вдоль пятого корпуса нашего универа с внешней стороны и как всегда разглядывал стоянку. Вдруг резко запахло жженой проводкой, вернее, розеткой, этот запах я очень хорошо знаю и очень не люблю, и с каждым шагом все сильнее и сильнее, и за одной из машин я увидел половину сгоревшего джипа. А еще две недели назад мы там шли с Женей и Катечкой и разглядывали его и еще один точно такой же джип. "Так вот, теперь их полтора" написал я Жене в аську.

Доехал до Проспекта мира, перешел на оранжевую, доехал до Китай-города, вышел куда нужно. Утром я посмотрел как примерно добраться до нужной улицы, запомнил как идти, примерное направление, записал на бумажку с переводами латинских текстов названия улиц, по которым должен был пройти.
Всего их было 3, не считая нужно, с первой все получилось. Потом я долго по ней шел, не смог отыскать вторую и пошёл наугад. Сделал небольшой круг, вышел к нужной минут через 10. Потом пошёл вдоль по ней в верном направлении, засомневался, повернул на 180, пошёл так. Дошел до круглосуточных "Продуктов" и обнаружил, что в кошельке целых 50 рублей осталось. На них я купил [что бы вы думали] липтон, снова отправился в верном направлении и еще минут через 7 отыскал то, что нужно. Этим тем, что нужно являлся Покровский бульвар 4\17 строение 5, которое я, после нахождения дома с таким номером, тоже без особого труда отыскал. Приперся туда (это оказалось редакция чего-то там "Дошкольное образование"), убедился, что карточки они не принимают, осведомился о том, где находится ближайший банкомат, на что, в отличие от вопроса о том, до скольки они работают (до 16, время было без 10 три), вразумительного ответа не получил, и с мыслью "зато теперь примерно знаю, куда идти" отправился к метро в сомнениях, исполнять ли весь мой план полностью и до конца.
Пошёл не тем путем, которым пришел, и это оказалось удачным решением, ибо я нашел короткую дорогу к метро, а спускаясь в переход, я краем глаза заметил среди многих прочих ей подобных зеленую с белыми буквами вывеску и решил интереса ради проверить, то ли это.
Оказалось то. Я снял свежепереправленный мне кусок и двинулся в обратном направлении, на этот раз совершенно точно зная, куда идти. Охранник меня, видимо, уже успел забыть, спросил, куда я, я ответил, вошел в кабинет редактора, получил там все, что хотел и отправился к метро.

Спустился, поехал на Ленинский проспект. Стоя в вагоне, как обычно, разглядывал чужие руки. Интересно вот, все эти люди с тренироваными мышцами, прямо все-все качались специально, или нет, и сколько это все времени занимает, и как эффективнее и многое-многое другое. Так я стоял и думал, пока не наступил Ленинский проспект, на котором я вышел.
Еще едя вдоль перрона, я читал через стекло направления выходов и заметил "к ул. Вавилова". То, что нужно. Вышел, поднялся, удвител указатель "ул. Вавилова 120м". Пошёл в ту сторону, по дороге увидел табачный киоск. Сразу сработало два рефлекса, вернее сказать, всплыли две мысли: "Табачный киоск - биди" и "...биди продаются в любом киоске, где есть кальяны". А еще третья мысль, после того уже, как я спросил, есть ли они там, и получил ответ, что бывают, но сейчас нет и подвезут их на днях, о том, выкурил бы я 1 сейчас или нет, а потом быстро одернулся тем, что я ставлю планки и, вроде как, тяга к "папиросы идут как семечки\конфетки" резко подпрошла.
Я быстро довольно скоро добрался до медторга, по пути на всякий случай спросив у спешившей куда-то женщины, где это, поблагодарил, хотя она все равно не знала.
Добрался, купил книгу. Всего сорокет. Подумал о партийном задании спросил у деда в смс, есть ли у него партбилет. Оказалось, что он вообще беспартийный (я удивлен), партбилет есть у бабушки (КПСС, просто то, что нужно!!!).
По дороге к метро я увидел вдалеке знакомые здания, за ними - еще более знакомые здания и решил до Киевской, на которой мне нужно было сдать билет на самолет, идти пешком, предварительно купив в маленьком магазинчике большой шампунь.
Здания были знакомыми, но не теми. Мы там с Маском проходили когда-то, гуляя по красной ветке, а я думал, это рядом с Киевской. Ноги уже начинали поднывать, но было терпимо. Я наткнулся на очень хорошие места, с которых открывался очень классный вид, не задерживаясь там спустился вниз, на мост, прошёл по нему, испытав вибрацию от идущего в 2х метрах от меня товарняка. Шёл по мосту, разглядывал лестницы наверх, удивлялся их открытости и легкости, с которой можно забраться на рабочие несущие части. Еще думал о прыганьи с моста, в чем понт, вернее, в чем понт именно прыганья с моста, если есть куда более эффективные прыганья.
Спустился и с моста, перешел в очень неположенном месте дорогу, метрах в пятидесяти от зебры; при этом пришлось поторопиться, для чего я приложил некоторые усилия - оби ноги уже довольно явно давали о себе знать, правая коленом (довольно странно, давно не болело), правая - плюсной, видимо, ввиду неудобства кед, которые, кстати, постепенно превращаются в сандалии, задники там уже вырвались во всю пятку, из швов там и тут торчит паралон. Пятки ныли на обеих ногах, но это дело обычное.
Материна утренняя штука уже разошлась на половину и я продолжил: зашел в магазин, купил мороженное. Мне очень приятно, что есть такие вот рожки, большие, там вафля кульком, а в ней очень много мороженого, и мне интересно, почему они такие дешевые? Вот, вероятно, тот самый "чистый" [во всех смыслах] продукт, на производство которого уходит всего ничего, и на который не накладывается никаких дополнительных херней, значительно увеличивающих его стоимость. Это, блять, не какая-то минералка без газов ценой в 40 рублей за поллитра.
Я все шел и шел, а фрунзенская набережная все тянулась и тянулась. По ту сторону реки виднелся большой лесной массив, с приемлемыми склонами, покрытыми травой. Я подумал, что это Коломенское посреди Москвы. Справа проплывали указатели "2-я фрунзенская", "1-я фрунзенская", слева - сами эти улицы, а я все шел прямо, потому что мне казалось, что впереди за деревьями я видел кусочек белого дома. Через некоторое время я увидел метро университет далеко впереди и чуть вправо; то, что я принял за Дом правительство - строящийся дом.
Я понял, что перехода на Кутузовский проспект, а тем более Киевской, мне еще долго не видать, прошёл еще немного, справа показался вход в парк, по-крайней мере, так я подумал, и у основания моста я свернул в ту сторону.
Парк оказался небольшим клочком растительности, которого хватало лишь на пару, сидевшую на низком толстом горизонтальном суку какого-то дерева. Проходя мимо, я принял девушку за нашу Яну, очень были похожими черты лица и волосы, прическа, но это оказалась не она.
Я шел, держа в руке обертку от рожка и пустую бутылку из под липтона, от которых избавился при первой же возможности, поравнявшись с контейнером. Чуть погодя я увидел какой-то маленький кинотеатр, еще через несколько секунд вышел на длинную улицу. Хотел было уже плюнуть на все и двинуться в сторону строящейся москвысити, но никак не мог ее увидеть из-за верхушек деревьев и домов. Ноги уже очень сильно болели, проходя по плиткам, лежащим на границах тротуара и кусочков проезжей части и имевших непонятную для меня функцию, я очень сильно ощущал вроде бы маловыступающий рельеф, несколько раз я даже тихо просипел. Тогда же меня посетила мысль о том, что к завтрашнему дню ноги могут за такие издевательства и припухнуть. И еще мне меркантильно было интересно, какое я расстояние покрыл. (Маша, не в обиду) "Патриаршие пруды - Университет?..хм..Легко!!" Пффффффффффффффффффффффффф!!! Алтуфьево - Аннино? Легко! Новослободская - Студенческая? Легко! Ленинский проспект - Парк культуры? Лег блять ко!
Я шёл и шёл, еще около минут 15 по неизвестной мне Комсомольской улице, и никак не мог сориентироваться, где именно я нахожусь, пока не увидел вдалеке красный уголок "М", выглядывающий из-за ребра дома. "Остоженка 0.5" выросло слева. "Очень вовремя" - подумал я.

"Думаю, нужно держаться правее, спускаться сейчас я себе не могу позволить" - подумал я, расправившись с турникетом метро. Спустившись, я услышал шум, увидел свет, понял, что это ко мне и заторопился. И успел бы, если бы не "Ну баааааааабушкаааааааааа" - поныл про себя я, тормозясь об совершенно никуда неспешащую пожилую женщину, очевидно, грузинку, довольно скромно, но добротно одетую. Я встал, прикинул на какую ногу лучше опираться, так постоял немного, потом вспомнил, в какую сторону Киевской станции мне выходить, и двинулся к концу поезда.

Высыпался "к Киевскому вокзалу", плетясь в общей массе, и высматривая "гнид черножопых", которые никому из более-менее людей вовсе не братья, чтобы как-нибудь обломать их бесячую манеру налетать на тебя сразу же, когда ты выходишь в проход.
Я увидел одного из них, но он было как-то занят не тем, чем обычно, так что я остался без возможности выброса негатива.
Выйдя, я сразу свернул вправо, прошёл к кассам, обнаружив очередь из 4х человек. Встал в конец и начал ждать, переминаясь с одной ноги на другую, потому что они уже болели одинаково. Когда меня от кассы отделял один человек, я взглянул на часы, потом на расписание, и подумал, что нужно держаться. Через 3 минуты наступал получасовой технический перерыв.
В общем-то, все прошло довольно гладко, я получил свое бабло, решил больше не мучтиь ноги, хотя мысль дойти от Киевской до дома меня посетила.
На этом, пожалуй, всё, возможно, есть пара стоящих деталей, которые я упустил, но в целом я доволен рассказом.

И, да, завтра морфология, и меня волнует, что я не испытываю должного волнения перед ней, причем, я говорю не о волнении о том, что не удастся в полной мере реализовать свои знания и все тому подобное, я имею ввиду, что я иду на экзамен, даже на пересдачу, абсолютно ничего не зная, надеясь только на шпору. В общем, что-то тут неправильно. Надеюсь, все удастся.

Солнечно, контрастно Некий Закутня написал это в 17:07

Итак, пришло время написать что как и к чему было с того самого момента, как в этот блог отправилось последнее сообщение. Когда оно там было? Так, в четверг... Ну, да, с четверга как раз и нужно рассказывать, но я захвачу еще предыдущую неделю.

Как только я не сдал старослав, я, разумеется, крепко решил его заботать. Прямо вот с первого числа. Только вот как-то не получилось, я точно не помню из-за чего, но причина была полууважительная. Через неделю, 08 числа была латынь, которую я в тот день сдавать даже и не пытался, как и подавляющее большинство тех, кому вместе со мной довелось слышать блестящие ответы, за некоторые из которых их авторы зачет всё равно не получили, во вторник была история и теория письма, которую я успешно не сдал, в среду снова была латынь, на этот раз очередь дошла до меня, но я лажанул. В четверг я ездил получать зачет по русскому языку, в пятницу был выходной, в сб тоже и в воскресенье.

Теперь по порядку, что, как и когда я собирался делать.

Начиная со вторника я намерен был ежедневно ходить на отработку по физкультуре, чтобы получить зачет за 1й семестр. То есть заработать 25 баллов. В итоге из них заработал всего 5, сходив один раз во вторник. Без сальбутамола всё-таки не обошлось, хотя последний раз был давно, но всё же не очень хорошо, ведь я могу и без него. Но в тот раз я очень сильно перестарался, не рассчитал силы, ну, в общем, все по справедливости. В среду была латынь. По-хорошему, шансов сдать ее у меня не было вообще, потому что всё, в чем я поднатаскался в середине семестра, я благополучно забыл, плюс не ходил последние недели три. Если бы Эйделькинд вёл строгий подсчет баллов, я бы остался на пересдачу, и еще не раз и не раз и не раз. Но зачет был промежуточным, все оказалось намного проще, зачет он поставил бы в любом случае, хоть я как бы ответил, кроме того, ясно было, что он просто хочет, чтобы мы побольше поботали его предмет. Но на пересдачи у меня времени и настроений не было, и я очень крепко подготовился. Не так, конечно, как следует, а просто набрал шпор откуда мог.

Я хотел устроить со вторника до субботы такой график: в 8-40 встаю, в 10 на физре, в 12 дома ем и моюсь, потом старослав и латынь, потом обед, потом снова старослав и латынь, потом ужин, потом что-нибудь, кефир и спать. Из этого плана у меня получилось только купить килограмм мяса и курицы, приготовить их и питаться. Ну, и пару дней кефир. Никакой физры и никакого старослава с латынью на неделе. Просто ужасно.

В четверг я поехал получить зачет по русскому, забыл взять с собой шпоры по латыни, которые меня просила привезти Яна, мотался обратно, потом съездил в магазин, встречался с Алёной и Яной, в общем, день снова пропал. Как, впринципе, и пятница. Ну, в пятницу я кое-как кое-что учил по старославу. Хотя, тоже не особо, мне нужно было выучить имена и глаголы. На неделе в электричке от Жени я вызубрил существительные, и то не до конца, без палатализации (ну, примерно ее запомнил), но таблицу окончаний знал хорошо, хотя и ее тоже очень медленно учил. В субботу мне написал Маск, мы встретились, поехали на Новогиреево, вышли и пошли пешком до кольца. На этот раз я проводил время с пользой для старослава, рассказывалл Маску таблицу, дав бумажку с окончаниями и таким образом их заучивая.

В субботний же вечер, открыв глаголы, я понял, что я как всегда долбоёб. Я снова провалял дурака, хотя если бы у меня был еще хотя бы один день, глаголы ябы выучил по-человечески.

Лёг спать с очень плохим предчувствием в отношении глаголов. А проснулся, и решил сразу же ботать. Поел и тут же принялся. Сидел почти весь день не отрываясь, поел и вечером прогулялся до магазина. Выучил всё равно далеко не всё, плюс подзабыл окончания существительных.

А потом наступил понедельник. Исходя из общего уровня готовности, я не один валял дурака. В 14 часов нужно было идти к директору нашего института и сдавать ему. Плюс в этот же день, в 12 часов была история и теория письма. Зачет по ней получили 5 человек из ~50, пересдачу поставили на вторник. В половине второго мы сидели напротив кабинета директора и ждали, когда он нас начнет принимать. Мысль "да мне вообще не до..." доминировала в моей голове, мне на всё было наплевать, лишь бы сдать старослав. А еще для поднятия боевого духа у себя и окружающих я то и дело шипел\проговаривал Поганую молодеж Гр.Оба, припев.

Кронгауз выглянул в без 10 два и сказал подходить через полчаса. Точное время я не помню, помню, что мы встали и пошли в столовую с Катечкой и Раей Аннаевой. Там я очень крепко пообедал и наступило какое-то умиротворенное состояние, как будто мы уже сдали старослав и все хорошо. И не только у меня, но и у Раи с Катечкой. А потом настал решающий момент.

Мы всем скопом сидели напротив кабинета и решали, кто пойдет первым, кто последним. В это время еще шло проставление оценок за ОПЛ, куда я решил сходить "раз все равно не пускают пока". Там, на 7 этаже, выяснилось, что у меня четыре, хотя "это отчасти моя вина, я давал вам достаточно абстрактные вопросы", занес эту четыре в зачетку, подкрепил подписью и вернулся назад к старославу.

Еще минут через пять открылась дверь, вышел Кронгауз и сказал всем заполнить зачетки, а Настю отправил за ведомостью. Она её ему благополучно доставила из соседней двери деканата, и началось.

Первыми зашли Саша с Ксюшей, и это меня сильно удивило, потому что я не думал, что они захотят быть первыми, но явно было видно, что они хотят поскорее уже разобраться со всем. Через некоторое время Кронгауз снова выглянул и сказал: "повторяется старая история. Кто неготов, может даже и не пытаться, это трата моего и вашего времени. Это элементарные вещи." Затем он еще добавил, что нужно уметь склонять существительные и в Present спрягать глаголы. Я подумал, что я могу и тут же ринулся в кабинет. За мной Рая. Пока Максим Анисимович что-то решал стоя в коридоре, в кабинет просочилась еще Нусайпат. Ксюша же с Сашей сидели и что-то писали, и когда Кронгауз вернулся, поочереди стали показывать свои работы, на что он ответил "вот тут может быть сама ошибку найдешь?" Но Ксюше не удалось и как они не просили другой глагол и другое существительное, он их выпроводил и принялся за нас.

Мне досталась "жена" и 3 парадигматических адреса, по которым я очень быстро написал формы и одну за одной показал Кронгаузу. Он их поочередно проверил, кивнул на каждую, а затем дал "скорбить" и сказал спрягать в настоящем. Я очень быстро припомнил все формы, написал три аккуратных столбика и сдал. Он все просмотрел, несколько раз кивнул головой, сказал "угу" и попросил достать зачетку, а пока я ее достаю, ответить на еще один вопрос. Он оказался касательно повелительного наклонения, конкретно того, какие формы существуют. Я указал недостающие две и получил свой зачет.

А на следующий день была история и теория письма. Мы столпились, кажется, на 8 этаже, затем нас пустили в аудиторию, где она назвала фамилии тех, кому посчастливилось набрать на зачет в понедельник, пока я сдавал старослав. Женя оказалась в их числе, это несказанно ее обрадовало. А вот меня, Катечки, а также доброй половины присутствовавших там не было, и нам сказано было явиться минут через 20. Мы расселись по одному за парту, нам были розданы задания, и мы приступили. В этот раз я сидел за не сильно широкой спиной студента с ТиПЛа Гриши Ламизе, сначала выполняя ту часть работы, которую я мог сделать самостоятельно - определение языка текста, а затем прибегнул к радикальному списыванию, перейдя к заданию с терминами. Интернет в телефоне не подвел, я справился с частью из них, а остальное, что было бы накладно искать даже сидя в удобном кресле за компом с гуглом, выспросил у Маши и у соседки Гриши. Несколько раз госпожа Федорова обращала на нас свой взор, и я всякий раз делал вид, будто смотрю в окно, причем, старался изобразить это как можно правдоподобнее. Один, правда раз, едва я успел перевести окрашенную часть моих глазных яблок в сторону застекленной рамы, она встала и сказала что-то вроде "нет, так дело не пойдет, вы списываете", двинувшись в мою сторону. Я, впринципе, не очень нервничал, единственное, что досаждало мне, это возможное возникновение новых проволочек со сдачей. Однако, миновав меня, она подошла к ряду за мной и изъяла работу уже даже не помню у кого. Затем вернулась на свое место, и я, аккуратно, с некоторыми усилиями довершил начатое.

Я уже не помню, как провел время до момента, когда нам велено было возвращаться за результатами, но когда я оказался в коридоре, располагающем нужную аудиторию, там было тихо и безлюдно. Я заглянул в сортир, вышел и встретил Катечку, тихонько прикрывающую за собой дверь аудитории. До того момента у меня в голове копошились некоторые мысли насчет того, чтобы забить на оглашение результата именно в этот день. Однако Катечка рассказала мне, что проверяя работу, она задает вопросы, на которые стоило бы достойно отвечать, а нето кто знает, что будет. Её же, Катечку, госпожа Федорова отправила на время.

Меня такое положение вещей не очень сильно обрадовало, потому что из курса истории и теории письма я владел только чисто практической частью, однако, решил всё-таки разобраться со всем как можно скорее. Открыл дверь и, спросив "извините, можно?", шагнул навстречу неизвестному.

Как я уже писал выше, познаний моих не хватило бы, вероятно, и на треть зачета. Однако всё складывалось как нельзя благоприятно для меня. Напротив заданий, которые я не выполнил, просто ставился прочерк, вопросы были только к отвеченному. В большинстве случаев я перефразировал то, что написал в работе и предоставлял внимательно слушавшей меня госпоже Федоровой. За редкими исключениями, когда я, иногда даже неожиданно для себя самого, обнаруживал какие-то знания. С неверными ответами было хуже всего, от меня ожидалось исправление моих ошибок. После того, как я несколько раз попал пальцем в небо, угадав верные ответы, я думал, я запомню эти факты навсегда. Так часто бывает. Обращаюсь сейчас к памяти - совершенно ничего, я даже вопросов не помню.

Как бы там ни было, закончив проверку, пишущим концом ручки подсчитав верные ответы, сложив их с результатами за письменности, госпожа Федорова объявила мне, что на зачет я наскреб, сказала достать зачетку, что я незамедлительно проделал. Я поблагодарил её, сунул книжку в сумку и осторожно вышел.

В коридоре, к моему удивлению, тогда собралось немало народа. Естественно, после первого вопроса "ну как?" последовал вполне логичный "что было?" Или они шли одновременно, неважно. Я рассказал всё в точности как произошло, дал свою оценку ситуации и подсел к Жене с Катечкой.

Из примерно 10 сидящих в коридоре людей, в тот день зачет получили, кажется, трое, не считая уже имевших меня и Жени. Среди этих людей была и Катечка. А еще кое-кто из тех, кому не посчастливилось разжиться заветной росписью в соответствующей графе зачетки, послал госпожу Федорову прямым текстом в жопу, хлопнув после этого дверью и притом еще оставив сумку в аудитории, что, впрочем, никого не смутило; то же лицо её оттуда и изъяло на свет коридорный.

Всё то время, пока мы с Женей ждали, пока Катечка последней поместит себя в аудиторию, я развлекался как только мог. Ну, развлекался, думаю, не слишком корректное слово, помню, тогда у меня было смешанное состояние - вроде как, сдать оставалось только морфологию, что, конечно, несколько омрачало меня, до той поры, пока я собирался пораньше свалить домой, но всё остальное было позади, главное, днем раньше я разобрался со старославом. "Синдром достигнутой цели". Я думал, сдохну от счастья, когда сдам его, ну, или, как минимум, от алкогольного отравления. Но особой радости я тогда не испытал, водки тоже не пил. Неважно. Помню только, что в тот день я разинул окно в коридоре, уселся на подоконник и долго разглядывал предоставляемый мне пейзаж, пытаясь разглядеть в нем дорогу к дому или хотя бы до Краснопресненской, поскольку у меня уже был один неудачный опыт добирательства от универа домой, и слушал музыку. Погода сильно варьировалась в течение всего дня. Утром, когда я, сидя в аудитории, делал вид, будто очень занят разглядыванием крыш домов за окном, а вовсе не списыванием из мобилы, меня слепило солнце и было жарко, как бывает в теплице, куда через стекло проникает свет, а нагретый воздух наружу через стекло не проникает. Теперь же, ближе к 17 часам, небо перекрасилось, выпал даже, кажется, мелкий дождь, которого, тем не менее, хватило на то, чтобы перекрасить асфальт неба наподобие, чуть темнее. Я, кстати, еще пару раз плюнул вниз)

В тот день я ехал из универа сразу домой, не помню почему. Помню, как мы беседовали с госпожой Федоровой, пока спускались с этажа, где проходил зачет, как она сказала мне, что студенты с каждым годом всё хуже и хуже готовятся, что результаты все более слабые. Не помню что я делал, когда вышел за пределы турникетов 1го корпуса. Вероятно, двинул к станции метро, как обычно. А через 6 дней была морфология, но тогда, и даже на момент создания этого поста, я об этом еще не знал

...лишний раз подчеркивает мою несостоятельность... Некий Закутня написал это в 02:36

Сегодня был экзамен по старославянскому языку. Вернее, уже пятая или вроде того пересдача. Я вообще был в первый раз, поэтому всё для меня было ново. Сдав свои тщетные мизерные презренные труды со словами "думаю, этого сдавать не стоит", я сказал потом сидящей группе: "и что тут не знать? что тут такого сложного, что нельзя сдать было хоть со второго раза?" Действительно, что там сложного? Мне удалось вникнуть и кое-что выяснить о правилах старославянского языка за один вечер. Даже за ночь. Если бы я не пил пива вместо того, чтобы лишний раз взглянуть в программку, возможно, я бы и не писал этого всего, но что случилось то случилось, и сегодня я испытал глубочайшее разочарование в себе и мне противно, и мне мерзко настолько, насколько может быть это все по отношению к себе.
Речь идёт совсем не о старославянском языке или о чем-либо с ним связанным, речь идёт об абсолютно конкретных общих вещах. Что я умею из того, чему учусь? Что я из этого знаю? Что я умею из того, что должен уметь и чем обладаю из того, чем должен? Ответом на все эти вопросы являются различные формы слова "ничто". Я абсолютно ничему не научился, как в предыдущие 17 лет жизни в родном городе, так и за этот год в Москве. Я застрял на каком-то из уровней и не двигаюсь дальше. Я должен расти. Но вместо этого я просто топчусь на месте, и даже не топчусь, а лежу. Я абсолютно ни на что негоден и от этого мне непередаваемо противно от себя самого. Сегодня мне хотелось плакать и кричать, когда я обо всем этом думал, благо, хватило хоть сдержанности. И самое скверное - осознание такого положения вещей меня абсолютно ни к чему не сподвигает. Сподвигает, но я не исполняю. Почему? Я не знаю. Я стараюсь, и первое время мне даже удается следовать намеченному размеренному плану, но затем все обязательно идет наперекосяк, и что самое паршивое - я ничего против этого не предпринимаю. Я говно, я ничего не могу по-человечьи, как подобает личности, устроить. В чем причина? Четкого ответа у меня нет, я отвечать не способен. Мне гадко и тяжело от этого. Таким человеку быть не пристало. И если так будет продолжаться и впредь, добром не кончится.

Некий Закутня написал это в 03:05

 Совсем перестал я писать в блог и, да, вижу, что за май меньше всего записей, хотя месяц один из самых насыщенных. Мыслительная деятельность тоже в норме, но законченных и утвержденных мыслей все меньше. Видимо, снова в пути. Стоило только укрепиться во мнениях и прочем - снова нестабильность, как минимум, в голове. Ну, ничего. По-крайней мере, известно, откуда ноги растут. Это я к тому, что все закономерно и прозрачно, нет ничего такого, о чем бы думалось "а почему же происходит так? в чем причина?" и т.п. И поскольку с формулировкой и изложением мыслей беда, можно смело сказать, что "временно не работаем по техническим причинам", буду просто описывать. Стараться.

 Крысы вроде в порядке. Хотя самец уж очень сильно хрипит, уже в течение полутора недель. У меня появились подозрения на счет того, что причиной хрипоты и самца, и самки могли стать мои неандертальские методы воспитания, а именно асфиксия непосредственно после свершения ими запретного действия. Это заменено на щелканье по ушам, но все же результат уже есть. Единственное, однако, что говорит против этой гипотезы - то, что самка, испытывавшая на себе большее воздействее такого рода, практически здоврова. Хрипы в последнее время ее не мучают. Самцу помогает массаж. Он прокашливается и дышит бесшумно, однако продолжается это в течение небольшого промежутка времени.
 Тараканьи бега в универе продолжаются. Без особого труда получив зачет по литературе еще в апреле, я продолжаю работать над заполнением зачетки. Реферат по истории, написанный за 4 часа до его сдачи, принес отличный результат - 19 из 20 баллов; итоговая контрольная со списанными 2мя основными частями и самомстоятельным выводом - 30 из 40. На зачет хватило. 79 баллов. "И всем, у кого меньше, должно быть стыдно." Иак я говорю одногруппникам. Потому что действительно нужно учится. А все из нас ленятся. Это, конечно, я преувиличиваю, есть достаточно большое и определенное количество людей, которые прилежно и старательно занимаются. К ним ни малейших претензий. Но все остальные... Безответственно, безалаберно, вполсилы. Разумеется, как и я.

Изначально предполагалось, что история будет экзаменом в форме зачета (я не помню характеристик дифференцированного зачета и простого, видимо, зачет с баллами - 1й), поэтому приложить менее чем посильные старания представлялось разумным. Теперь же, когда выяснилось, что это простой зачет, 79 превратилось в одно слово "зачет". На мою стипендию это никак не повлияло. Хотя было бы приятно летом получать 2600 каждый месяц. Но, видимо, не дано. Ибо морфология. Тут, опять же, все справдливо. Стоило хоть чуть чуть подумать, подготовиться ко 2й контрольной и иметь шанс, хотя бы на 10 баллов больший, чем есть сейчас, получить 4 за семестр и возобновить стипендию. Н теперь это как-то не представляется возможным. Хотя сегодня, вернее, уже вчера, на третьей по счету контрольной мне удалось сдать бомбу. Впервые в жизни я так сделал. И, хотя все не особо гладко (в ней написано было ~ в 2 раза больше материала, чем требовалось), мне кажется, это предприятие возымеет успех.

Что касается прочего... Я доволен собой в физкультурном плане. Некоторых трудов мне стоило дважды посетить занятия в этом семестре. Я намерен был сдать 3 километра, однако в первый раз это не представилось возможным, а вот во второй вполне удалось. Я отделался фразой "следи по состоянию." И я следил. Пока я еще не совсем беспомощный, и мои лёгкие вполне позволяют мне такие нагрузки. И это даже несмотря на трубку, но что самое главное - биди, которых за последний месяц случилось около 15 штук. Итак, 3 километра - 13.30. Не олимпийский рекорд, но мне плевать. Нормально. С учетом ускорений и всего прочего. А как я раньше не любил бегать. А ещё в тот же день, на той же паре даже, я сдал отжимания. Сначала встретил Женю.
После сдачи 3х километров, я пошел к ней навстречу, затем мы двинули обратно на Совок. В зале сдавали отжимания. Как и с подтягиванием, тут куча вопросов. Но, как бы там ни было, мои представления об отжиманиях с представлениями физрука (и, видимо, нормами) не совпадали. Я-то всегда думал, что нужно отжиматься, чтобы полным телос касаться пола, и т.п. А оказалось, что "руки меньше сгибай." Т.е. примерно половина от того, что я принимал за эталон. В итоге "занимательная арифметика": дома я с напрягом максимально делал 15, здесь - 35. На 5. Зачет по физкультуре получен, осталось разгрестись с 1м семестром. Вот сейчас пишу эти строчки, и чувствую, как процесс выполнения заданий, установленных министерством образования, постепенно приобретает очертания и законченность. Во только сдам все - можно будет и на физкультурную отработку походить. Самое главное - старослав. После него - латынь. Старослав путаннее всего, а за латынь просто обидно. Я тут даже не до конца мудак. Хотя мудак порядочный, заниматься всё-таки нужно. И даже хочется, но, разумеется, мозгов пока не хватает. Латынь мне нравится, но не хватает сил крепко за нее взяться. В итоге мнимое равновесие (хотя и вполне возможное) оборачивается вполне реальной и ощутимой потерей. Ну, пока не обернулось, но все шансы есть. Заниматься ответственно, порядочно и в полную силу так никто и не начал. Не знаю, по какой причине, но таково положение вещей. И я не знаю, что с этим делать и как с этим бороться.

 Всё, устал

Психолингвистика? Некий Закутня написал это в 19:38

Искал в инэте, но не очень удалось, поэтому пишу по памяти, да и главное не детали.

В Нью Йорке наступила весна. Пели птицы, светило солнце, в парке гуляли люди, наслаждаясь тёплым весенним днём. На углу дома стоял слепой и просил милостыню. "Подайте" гласила надпись на куске картона, который он держал в руке. В выставленной шляпе лежало всего несколько мелких монет. Мимо спешил по делам молодой человек. Внезапно он остановился, торопливо подошёл к слепому, несколько секунд постоял, затем взял картон, что-то написал на обратной стороне и так вернул просящему.
Возвращаясь назад вечером, он подошёл к тому же слепому. На этот раз в шляпе было довольно много денег, встречались даже купюры не самого маленького достоинства. "Ну, как?" - поинтересовался молодой человек у слепого. "Просто невероятно, - ответил тот, - что вы написали?"
На картоне было жирно выведено "Весна, а я не вижу..."

Плотный день - самое оно Некий Закутня написал это в 02:10

И хотя я немного подраспустился, всё пока идёт хорошо. Я стал ценить насыщенные дни, такие, как, например, понедельник, в который я впервые за курс сходил на физкультуру, после съездил домой, пообедал, поспал 15 минут, поехал на пары, посидел там, затем встретился с Соней. Мы погуляли около 2х часов по слякоти и прочим преимуществам московской таящей зимы, имели замечательную (как и всегда) беседу, потом встретились с Маском, который рассказал о том, что он как последний урод не сказал мне, что едет в Ростов-на-Дону в выходные, мы проводили Соню до дома и поехали ко мне. Вот это был день!
У меня мы приготовили студенческий ужин и оприходовали сувениры, которые Маск мне привез - пивас "Дон" и вяленую рыбу. Ещё покурили трубку. Мне бабушка на день рождения подарила трубку своего деда. В воскресенье Брохман купил табак, и мы попробовали её покурить. В целом ничего, мне понравилось, раз в неделю\месяц можно. Потом мы с грехом пополам и больным Маском легли спать.
А сегодня мы с ним ездили в Ашан. Физкультура дала о себе знать во всё горло. У меня болело (и щас болит) абсолютно все. С утра мы поднялись - я и больной Маск, отлично зазавтракали, посмотрели Ашаны, выбрали наиболее подходящий, и Маск, а следом и я, уехал на учебу. Расписание я запомнить ещё не успел, поэтому предполагал 1 пару у себя, и ту интересную, по-крайней мере, по названию "Теория и история письменности". Но не тут-то было. Такой уж прямо интересной было около трети материала, а под конец я задремал. На меня внезапно, совершенно неожиданно накатила усталость, а перед нами было 1,5 часа "отдыха", во время которых мы заказали книги в библиотеке, а так же последними успели в столовую до закрытия.
А дальше была уууууужасная пара! До её начала мы с Игорем сидели у кабинета, и я пытался заснуть, а он читать. Потом, когда лекция началась, сначала была тягомотная диктовка рекомендуемой литературы. А потом пошла речь, которую очень трудно было записывать и вычленять из неё важный материал. При всем при этом, тело начало болеть в несколько раз сильнее, + сон одолевал. А время все не проходило. Тогда я решил заняться делом и принялся составлять список всего того, что нужно и чего бы я хотел бы в Ашане.
Едва живой, с севшим телефоном, на котором было -84рубля, я добрался до дома, воткнул в розетку, кинул Маску бомжа, и через час мы были на цветном бульваре, откуда приехали в Ашан, в котором провели час, который и оставался до закрытия, но купить успели все, катаясь на тележках и удивляясь почти на каждом шагу. Получилось 1322р. Мы вытряхнулись на остановку, на которую и приехали. Через несколько минут подъехал троллейбус, хотя мы готовы были до ВДНХ и пешком дойти.
Неловко шатаясь, мы катились в троллейбусе, обсуждая всякую всячину, как и обычно, потом вышли и пошли до ВДНХ, до которой оказалось совсем недалеко. Ну, и в этом месте мы разошлись. Я спустился в метро, сел в поезд и всё было ок. А когда перешел на кольцо, попал в вагон к чувакам, которые бегали-прыгали по вагону, висели на поручнях под потолком и всё это снимали на олдовую видеокамеру. Я их сфоткать успел на телефон.
Дома я был в половине первого, когда свет уже был выключен и Брохман лежал в кроватке. Я вымыл руки, как всегда, сел передохнуть, потом разобрал сумки, приготовил себе поесть, одновременно с этим принялся за пиво с чипсами, а потом лёг это всё записать, но спёкся на предыдущем абзаце и теперь сижу дописываю. Отличный день был.

? Некий Закутня написал это в 11:08

Piiick me uuup // Been bleedin' too loooong

Мм, сегодня я не смог списать на коллоквиуме по введению в специальность. Во второй раз. Всего таких попыток было 4. Мне не обидно за то, что так случается, потому что я не прикладываю для этого особых усилий, а надеюсь на сомнительные обходные пути, но задевает, что многие из тех, кто поступает куда легкомысленнее меня, получают хороший результат. Вернее даже не обидно, а досадно.
Что ещё? Вчера [позавчера, наверное, уже] я трясся насчёт несдачи, с трудом представляя, что будет в случае провала. Славно, что ко мне вернулось прежнее отношение к событиям, выражаемое в оценке худшего варианта. Дальше исключения, я, правда не додумал, но, надеюсь, до этого всё-таки не дойдёт.
Больше пока не поймал мыслей ещё.

Да, я сдал Некий Закутня написал это в 03:28

Дооооо! Доооо! Я сдааал!
Я сдал историю. Ничего примечательного в этом, конечно, нет, но всё-таки мне до ужаса приятно, что я провел столько времени за конспектами не зря. Мне попался билет, который я знал ни хорошо, ни плохо, просто читал его пару раз, даже в мыслях не было, что будет именно он. Но, так уж получилось.
Я поимел возможность прочесть краткий материал на эту тему, прежде чем выяснилось, что никаких записей, в общем-то, нельзя было доставать, все писать только самому, и у меня их корректно изъяли. Но всё ж кой-чего я запомнил и сумел записать. К тому же выяснилось, что все не так уж и плохо, что будут спрашивать устно небольшое количество времени, и, судя по опытам первых отвечавших, ничего страшного произойти не должно. К тому же, пока я знал ответы на все вопросы, что она [Елена Давыдовна Браун] задавала.
В общем, я вышел, рассказал всё, что помнил, сделал пару логических выводов, оба из которых оказались в том направлении и верными, потом пару раз не очень смог назвать что-то, потом был спрошен, какую из тем я знаю, я назвал Шумеров, Грецию, Египет, и мне было предложено изложить периодизацию существования государств древней Месопотамии, что я выучил первым делом, и, хотя и умудрился накосячить немного с 1 датой, всё прошло классно, мне был поставлен зачет, и я радостный поехал домой под On Top у The Killers, и отдельное огромное спасибо ЯНЕ, которая дала мне лекции, по которым я мучался. Бля, как же научиться благодарить людей, а?

The Killers - On Top

Не могу уснуть Некий Закутня написал это в 03:44

Лежу уже 3й час, пытаюсь уснуть и всё никак не получается. Рядом копошатся крысы, я не голоден, мне не жарко и не холодно, и уже подходящее время, но спать все равно никак не могу. Уже пробовал лежать с закрытыми глазами, думать о хорошем, о плохом, лежать с открытыми глазами, не думать. Навел порядок на локальном диске, прошвырнулся по паре страниц, навел порядок в профиле на форуме - сон не идёт. Главная причина, как я думаю, - экзамен по истории, к подготовке к которому я приложил немалое, но, судя по всему, недостаточное количество усилий, если можно так выразиться.
Да, я упустил возможность получить экзамен нахаляву, но, думаю, я уже сполна поработал над этой проблемой, но результат всё-таки не удовлетворительный. Стоит попасться билету, который мне не посчастливилось встретить в конспектах, и мне конец. Стоит попасться билету, который я много учил, всё равно есть шанс, что я многое упущу. Почему - не знаю. Не могу запомнить все как нужно, как ни стараюсь. Не говоря уже о мелких деталях и прочих нюансах, которые делают историю тем, чем она, предполагается, должна быть.
Плюс ко всему, интернет стал говнить как раз именно в этот момент, когда я преспокойно бешусь, лежа в постели, матеря про себя одеяло, которое неудобно собирается и мешает мне спать, ну, и случайно подворачивающиеся под мой воспаленный разум вещи.

Неординарности Некий Закутня написал это в 21:22

Я тут в очередной раз ходил в гараж с дядей Маском, а так же с Захаром Веселовым и соседом сверху, Серёгой. Мы там выпили достаточное для моего свободного рассуждения количество пива, так что теперь я не могу не рассуждать. И это не пьяный бред.

Неординарные ситуации встречались мне задолго до того, как я имел возможность их все упомнить и записать, поэтому, чтобы быть точным я начну со свежего предания. За последний месяц я более чем достаточно раз попадал в неординарные ситуации. Причём, месяц сейчас уже июнь (я даже не заметил его наступления), а в виду я имею май. Так вот, началось всё с мелочей, 23 числа утром, когда я полупьяный приехал в город и уселся на школьном крыльце, попивая пивас. Затем, 23 отходной и 24, когда в автобусе пили все, включая Анну Владимировну и Сашиного отца, которому принадлежит "Одни мой друг... он жарил лук..." К чему я всё это? Люди всегда остаюся одними и теми же в общении, но в разной степени открываются.
А вообще, я всё это написал к тому, что мы втроём бухали у Маска в гараже и, когда проводив третьего, шли домой, увидели в моей родной гимназии свет во многих кабинетах. Я отправил СМС своей учительнице по русскому с текстом "Татьяна Юрьевна, а вы в школе?" Но, не получив ответ, я двинул далее и в химии увидел Томилина, лежащего на подоконнике. Я его окрикнул, выяснилось, что школу наполняют медалисты и пр., так что им не стоит мешать. На этом я и Серёга удалились.

(05,06,08) Мысль может показаться незаконченной, но на момент написания этого у меня просто не осталось сил довести всё до конца.

Продолжение. (начало см. ниже) Некий Закутня написал это в 18:02

Вот и я снова. Как и обещал, продолжение.
Дальше – дольше, поэтому, думаю, примеров достаточно. А раз уж я ударился в воспоминания, то напишу ещё пару случаев из далёкого прошлого. Недавно вспомнил, что за мной числятся некоторые «злодеяния» в школе. Почему в кавычках? Ну, я могу полностью оправдаться.
Начну описания в хронологической последовательности. Сначала, классе в третьем, по-моему, я крепко приложил нашего Петю головой о стену. Но не потому, что я хотел его убить. Дело было так: в то время у нас была такая мода выращивать соляные кристаллы. У Пети мама учитель химии, и он нам всем рассказал, что и как делается. Всё, конечно попробовали, у меня даже выросла какая-то штука со спичечную головку) И в один прекрасный день, перед самым первым уроком в школе, мы сидели с Петей и разговаривали, и речь зашла об этих самых кристаллах. Я ему сообщил размеры моего, и он сказал, что такого быть не может за такой короткий промежуток времени и стал меня дразнить. Я вообще к этому ровно отношусь, но так было далеко не всегда. Вот и в тот день он меня так сильно взбесил какой-то на ходу выдуманной дразнилкой, и, в порыве ярости, я его толкнул. Петя упал и не шевелился. Сейчас, смотря на всё это, я полностью понимаю, какой это всё было представление, но тогда мне это так не показалось. Меня выставили из класса, Петя отправился в мед. Кабинет, а по возвращение, шёл и молол откровенную чушь. Чуть позже меня поймал его старший брат, потряс за загрудки, говоря, что у его брата сотрясение, хотя, мне кажется, ничего там не было, и даже если он и ударился головой, то недостаточно сильно для сотрясения. Потом был малый совет, состоящий из нашей классной, Пети, меня и наших матерей. К тому времени я уже даже и забыл, как он меня дразнил и оправдаться не смог, ибо не умел ещё выражать мысли.
И если в этом случае я конкретно виноват и признаю это, то в следующем я полностью чист. Дело было через год или чуть больше. Только прозвенел звонок с урока, я что-то дописал и собрался выйти в коридор развеяться. Встал, потянулся, дверь открыл, вышел, закрыл. Но она не до конца дошла, а как будто бы во что-то упёрлась. Секундами позже выяснилось, что пока я совершал все свои действия до закрытия двери, Саша Косарева встала, оперлась на косяк так, что её пальцы оказались в проёме между ним и дверью, и то ли завязывала шнурки, то ли что. В общем, я сломал ей, таким образом, большой палец не помню на какой руке. Тут уж я совсем не виноват. Только оказался не в том месте, не в то время. Всякий мог быть вместо меня. Но тогда мне так не показалось, я жутко перепугался и был дезориентирован.
Зато теперь мы с Сашей замечательно сосуществуем в пределах одного города, а иногда даже в более узких, играем в одной группе, так что всё замечательно и, и для беспокойств нет повода.
Теперь, что касается дел насущных. Сегодня утро прошло как обычно, да, в принципе, и день в школе. Единственное, я на 7 уроке завязал правый рукав пиджака узлом, руку спрятал за спину, пришёл на танцы и сказал Анне Анатольевне, что не могу танцевать :) А, да! Чуть не забыл! Я сегодня узнал, что написал пробное сочинение из ЕГЭ по русскому на 18 баллов. Это на 4 больше того количества, которое у меня было за последние 1,5 года. И вообще, Татьяна Юрьевна сказала, что я написал лучше всех в классе. Так оно и оказалось, пока она перед уроком не повысила кому-то ещё на 1 балл, простив какую-то неточность. Но я всё равно так собой доволен, что просто и не описать.
А ещё я сегодня опять ходил к Ане. Аня и мать для меня неразделимы. К первой я хочу пойти, а вторая меня достаёт и не пускает.
Пока не забыл, сегодня с утра она пару раз подобломалась. Но я был снисходителен и толерантен и, и всё прошло нормально. Сначала, она как обычно включила в комнате свет, села ко мне на кровать и начала приставать со всякими вопросами. Но я тут же отдалился и спросил прямо: «Вот ты что ко мне пристаёшь? Что ты хочешь?» Она что ответить не нашлась и перевела тему на то, что я с сентября месяца хожу в школу без куртки, что ей постоянно звонят учителя и спрашивают, заставляет ли она меня ходить без куртки. Я спросил, кто именно звонит, она ответила, что директор. Ну, тут я ей сказал, что она уехала в Канаду и ей оттуда не видно, как я хожу в школу. Потом она подошла к столу и увидела там два сочинения – моё и Ушатого. На обратной стороне обоих были оценки поставлены и комментарии написаны. Они отличались только тем, что у Ушатого написано было «Одни выводы». Мать и говорит: «Вот, видишь, у тебя одни пустые выводы». А я ей отвечаю: «Во-первых, выводы не пустые. А во-вторых, это работа Ушатого». После этого всё пошло нормально.
Насчёт моего блога – он уже готов, осталось только настроить кодировку для корректного отображения содержимого. Уже скоро, очень скоро я с вами не увижусь на новом своём блоге. А сейчас мне пора спать.

Второе пришествие. И всё такое маленькое. Некий Закутня написал это в 17:59

Вторая запись, как видно. Работа по созданию собственного блога движется семимильными шагами, потому, наверное, скоро распрощаюсь с уютными местами на mail.ru. Ну, да ладна.
День сегодня начался не то чтобы рано, но и не очень поздно :) Может, это от того, что я лёг в 2 часа. Какая-то фигня снилась всю ночь, а утром показалось, что я ещё и не ложился, поглядел на часы - через 12 минут вставать. Замечательно. Хорошо хоть не на 15 минут поставил, как в прошлый раз. Так что можно было ещё поспать слегонца. А потом всё как обычно. Ну, до школы. Куда я, кстати, опаздал. Но первым всё равно была физика, так что ничего страшного. В конце урока рисовали схему грозоиндикатора Павлова. Я замечательно нарисовал, всё подписал, а в конце выяснилось, что забыл землю показать. Досадно, конечно, но что ж поделаешь).
Потом всю перемену слушал Emigrate, который вчера скачал и из-за которого так рано и лёг. Альбом ничего общим впечатлением, напоминает Rammstein, ну, да это не удивительно. Пока пришлись по душе только 2 песни: сама Emigrate и Babe. Больше пока не принял.
Ещё, сходил узнать, можно ли будет вместо всего рабочего дня 24 числа за ёлкой съездить для школы. Оказалось, нельзя, так что не поеду. Зато узнал, что у нас кто-то с понедельника по утрам в школе бухает. Вот потеха.
Потом была история, а за неё чёртова алгебра, которая меня настолько утомила и раздразила, что я как какашка ещё долго ходил. Нет, ну, вот серьёзно, нахер нужна эта сраная алгебра? Ладно, арифметика. Это полезно. Геометрия тоже местами применима. Но алгебра… Нахер мне знать, как раскрывается модуль, как строить графики всяких функций, считать кубические корни, решать неравенства методом интервалов и пр.?! Понимаю, если бы я утром вставал, рассчитывал бы траекторию своего движения, относительно всех точек в пространстве, рассчитав, шёл бы в ванную, а по дороге бы находил площадь сечения образованного стороной вписанного в конус параллелограмма, пересекающего сферу ровно по середине. Да нет вообще более бесполезного предмета, чем алгебра! Вот, какой ни возьми – всё пригодится. Обпился кислотой? Знаешь, как нейтрализовать. Химия. Построить сельский дом? Нет проблем, рассчитал углы, всё померил, приделал. Геометрия. Надо в Кунашак съездить? Взял карту, померил, просмотрел маршрут, уехал. География. Даже МХК! Окультурился и сам себе приятен. Но алгебра… Это просто такое препятствие на моём жизненном пути. Надеюсь, когда-нибудь оно кончится.
Как бы там ни было, урок алгебры «вверг мою тонкую ранимую душу в пучину параноидальной депрессии» и я загрузился. И вследствие этого ходил невесёлый ещё полдня. Реанимировать меня смог только чёртов факультатив по английскому, который я благополучно не посещал предыдущие 4 недели. Мне С5 выпало рассказывать с Коробковым, и я потихоньку поправился. А в середине урока начался мор Урусовой и Ко, так что скучать не пришлось.
Домой я пришёл с хорошим настроением. Поел и сразу взялся за блог. Пока только набросал, но как только закончу, сразу туда.
Срочные вести с полей! Я нашёл движок для сайта-блога и, не долго заморачиваясь, решил использовать его. Так что это, скорей всего, последняя запись здесь. Всем спасибо, кто поддерживал меня эти 2 дня)
Так вот, продолжим. На чём я там остановился… Да, вот. Дураки спасут мир.
Гдё-то в 17-40 я пошёл на репетицию. Почти бегом бежал, ибо был с плеером, а это известное дело, как музыка погонит, так ещё и не так побежишь.
Несколько слов об «Аксоне» (группа, с которой я сегодня репал): образовалась с моим в неё приходом в 2005 году (я так думаю, потому что, кажется, группа без ударника – не полная группа). Всё совершилось случайно: я, нигде не учившийся и не играющий на барабанах, никогда раньше не принимал участия в музыкальный командах. И одним весенним вечером я и Саша Южанинова отправились на вечерний променад. Она сказала, что познакомилась в городском чате с неким Дмитрием. Ну, я про себя забил, потому что с кем только она не знакомилась, на каждого если обращать внимания, так и времени не хватит. Я головой кивнул, мол, да, супер. А она меня спрашивает, хочешь узнать, как его фамилия? Мне совершенно наплевать, я иду и думаю о своём, но всё равно отвечаю: «Давай». И Саша говорит: «Шапошник» «Клёво, - говорю я. – Это мой брат двоюродный, я с ним лет 7 не виделся, он в Питере учился, да мы с ним никогда особ-то и не общались» В общем, мир тесен. Затем ещё одна судьбоносная случайность: Сушка говорит: «Кстати, забыла сказать, у него группа есть, а драмера там нет.» Ну, я ей и сказал, мол, предложи мою деревенскую кандидатуру. И она предложила. Была пятница, а в воскресенье утром мне уже звонил Дима и спрашивал, не хочу ли я порепать. Я, ясное дело, хотел. Помню даже первую песню, которую сыграл – «Кама река» у ЧАЙФа.
А через 1,5 года мой брат опять уехал в Питер, на его место пришёл другой вокалист, потом ещё добавился соло-гитарист, и мы от ЧАЙФа и Пилота перешли к Metallic’е и Арии. Не сказать, что это было именно то, что мне по душе играть, но всё же это была моя первая группа, да и звуки из барабанов извлекать – уже чего стоит. Так что я не жаловался.
Теперь у нас постоянный состав, 6 человек, 5 своих песен, 4 выступления в «Ритме» и собственный аппарат для репетиций. Всё, что нужно команде для счастья. Но, кажется, в скором времени, я покину «Аксон», ибо уеду учиться.
Итак, сходил на репу в посёлок. Посмотрели новый материал, прогнали старый и поехали домой на басисте. У нас хоть и всем в группе (кроме меня) за 20 перевалило, машина есть только у него и у клавишника, но последнего сегодня не было.
Он меня высадил возле дома своего брата, Семёна, ритмгитариста. И пока я шёл домой, я всё думал, как мир сжался. Раньше всякие предвкушения, волнения, страхи перед будущим – всё это было постоянной и неизменной частью моей жизни. Взять, хотя бы, случай, когда мы с Улей случайно продавили стекло в школе в рекреации. Ситуация, на первый взгляд, сложилась курьёзная: Уля сидела на подоконнике, я сделал выпад в её сторону, с целью её напугать, а она взяла и вжалась в стекло. Был даже такой вариант, что она могла вывалится из этого окна, но мы-то с ней знаем, что это враки. Я это всё к чему рассказываю-то: тогда это казалось Апокалипсисом, таким событием, которое вселяло страх и ужас в сердце любого. А сейчас бы такое произошло.. Плюнули бы и даже растирать бы не стали.
Ещё поводом к осознаю того стал тот факт, что у меня всё есть. Я недавно понял, что я прожил клеевую жизнь, что я многое попробовал, многое со мной происходило, я испытал множество различный чувств и эмоций, побывал во множестве ситуаций, а самое главное, что большинство моих мечтаний из прошлого сейчас сбылось. Пример: мы выступаем в школе на новогоднем вечере с группой. Об этом я всегда мечтал, с того момента, как узнал, что у нас в школе есть возможность таковую организовать. Но когда я достиг того самого возраста, когда надо было начинать, у нашего музыкального руководителя умерла жена, он раздал весь аппарат и уехал в Москву. Сейчас сижу и вспоминаю, как говорил Маску: «А клёво бы было нам тоже играть, как твоя сестра.», а он отвечал: «Может, это и клёво, но очень трудно. Все будут репы динамить, партии не учить и так далее.» Я тогда и помыслить не мог, что все эти слова для меня когда-нибудь станут обыденностью. Было время, когда я репетировал 12 часов в неделю, 5 рабочих дней. Сейчас немного посвободней, но и осталось только то, в чём я действительно хочу быть. И вообще, щас уже поздно, я опять не высплюсь и завтра буду ходить варёный, поэтому расскажу об остальном завтра.